Против всех! О ситуации вокруг московских выборов.

Выборы мэра Москвы, которые пройдут 8-го сентября, уже успели вселить надежду в значительную часть протестно настроенных граждан. Это связано и с многолетним "царствованием" в столице ельцинского, а затем путинского функционера Юрия Лужкова, и с назначением на его смену такого же функционера Собянина, который "самовыдвигается" и на этих выборах. Это связано, наконец, с тем, что после мощной волны протестов граждане ощущают свою силу, а одним из кандидатов является "главный оппозиционер" Алексей Навальный, которого значительная часть протестующих считает "своим". Всё это придаёт грядущим выборам привкус "демократичности", ощущение возможных перемен. Но так ли это на самом деле? Для того, чтобы это понять, необходимо вглядеться в кандидатов.

"Антипиратский закон" - ещё одно порождение частной собственности.

1 августа вступил в силу новый закон под номером 187-ФЗ, более известный как "антипиратский", позволяющий, по требованию правообладателя, блокировать интернет-ресурсы, на которых размещен пиратский контент (пока закон распространяется только на пиратское видео). Закон, который уже сравнивается с аналогичным американским проектом SOPA, вызвал волну протеста среди интернет-ресурсов, левых и активистов пиратского движения, борющихся за свободное распространение информации. Так, в день принятия закона ряд интернет-ресурсов объявил "виртуальную забастовку", закрыв к себе доступ.

Для общества, в котором господствует частная собственность, а следовательно имеются и крупные собственники, способные оказывать влияние на политику, принятие подобных законов естественно. "Антипиратская" политика неумело прикрывается разговорами о "защите авторского права", то есть, в изначальном смысле, права автора на свое творение. Однако, для любого, кто присмотрится к идущей сегодня борьбе с пиратством, станет очевидно, что причины этой борьбы несколько отличаются от заявленных. Ни для кого не секрет, что такие, связанные с творчеством, сферы деятельности, как кинематограф, звукозапись и книгоиздательство сегодня являются самостоятельной развитой индустрией со своими крупными компаниями, выпускающими продукцию на рынок. Именно эти компании зачастую владеют правами на произведения, а следовательно, заинтересованы в борьбе с пиратством, которое лишает их части прибылей. Для этой цели создаются многочисленные ассоциации правообладателей, отслеживающие случаи нарушения "авторских прав" и лоббирующие законы по борьбе с пиратством, выступая подчас с инициативами, которые предусматривают вторжение в личную жизнь граждан. Примерами таких организаций являются Американская Ассоциация Кинокомпаний и Американская Ассоциация Звукозаписи (MPAA и RIAA), известные своими одиозными проектами по борьбе с пиратством и жестокими преследованиями "правонарушителей" даже за самые незначительные "утечки информации". Однако, подобные компании нельзя назвать авторами тех или иных произведений, но они, тем не менее обладают на них правами. Эту особенность нагляднее всего можно рассмотреть на примере кинематографа, который нынешний закон и "защищает". Как уже было сказано, крупные кинокомпании владеют правами на тот или иной продукт, то есть, право непосредственно авторства заменено правом владения. При таком раскладе режиссер, сценарист и иные непосредственные создатели фильма являются лишь нанятыми фирмой-правобладателем работниками. Из этого следует, что сегодняшняя "борьба с пиратством" ведётся вовсе не в интересах авторов, а в интересах крупных интеллектуальных собственников. Конечно, к авторскому праву подчас апеллируют и непосредственные авторы тех или иных произведений, однако, далеко не все творческие люди поддерживают принципы копирайта, нередко являясь сторонниками свободного распространения информацию, а те отдельные авторы, кто поддерживают "борьбу с пиратством", не являются авангардом этой борьбы.

Глядя на разворачивающуюся "борьбу" правообладателей и пиратов, можно заметить интересный факт. Апологеты капитализма, особенно на постсоветском пространстве, любят в качестве аргумента приводить свободу творчества, которая якобы будет недоступна при социализме (за который выдаются, прежде всего, политарные СССР и КНДР). Однако, на практике мы сталкиваемся, по сути, с противоположным явлением. Капитализм сегодня обеспечивает господство индустрии и рынка буквально надо всем, одновременно создавая иллюзию свободы и в то же время подчиняя творчество рынку, делая его коммерческим. Пресловутые "правообладатели" - это переросшие свои изначальные функции "вспомогательные элементы" творчества, те, кто предоставляет площадку и аппаратуру, те, кто реализует продукцию на рынке. Сегодня они превратились в полноправных хозяев творческого процесса, тех, кто его направляет и нанимает для его реализации команду создателей. Это не является "исторической оплошностью" или "системной ошибкой", наоборот, такое положение дел естественно для капитализма, где крупное производство служит для обогащения собственников. А кинематограф сегодня, по сути, является точно таким же производством, которое, расширяясь, поглощает творческий процесс, сводит его к работе по найму, заставляет обеспечивать потребности рынка. С этим связано и завладение кинокомпаниями авторскими правами (т.к. это обеспечивает доход от последующей франшизы) и появление массовой культуры (дешёвый ширпотреб хорошо продаётся, так как удовлетворяет наиболее примитивные потребности, прост и понятен).

В связи с этой, в принципе, ясной картиной, стоит обратить внимание на то, что предлагает пиратское движение. Безусловно, эта молодая (начала развитие с 2006 года) социальная инициатива преследует благородные цели - это свобода распространения информации, право на анонимность, реформа авторского и патентного права, свобода слова и прозрачность политических процессов. Однако, пиратское движение не ставит своей задачей изменение той социальной системы, которая породила авторское право со всеми из него вытекающими, то есть, они хотят добиться своего в рамках капитализма. Однако, возможно ли это, тем более, возможно ли это в рамках реформ? Крайне сомнительно. Прежде всего, реформистский путь подобных партий неизбежно натолкнётся на противодействие медийного бизнеса, который, обладая внушительными финансовыми возможностями, пользуясь институтом лоббизма, никогда не допустит ущемления своих интересов и ослабления свое хватки, к которым приведут подобные реформы. Выходя на путь реформ, пираты пытаются играть с крупной буржуазии на её поле, по её правилам и при заранее выгодном для неё раскладе, то есть, они заранее обрекают себя на проигрыш. Программа пиратства, не затрагивая самих основ капиталистической системы, не затрагивая частной собственности и буржуазного государства, тем не менее, пытается вступить в неравный бой с одним из гигантов капиталистического мира - медиа-индустрией. Надеятся, что в этом бою индустрия проиграет как библейский Голиаф, наивно - Голиафа поддерживают другие капиталистические гиганты, у него есть мощное оружие - буржуазное государство, существующее для выражения интересов подобных гигантов. Поэтому, в этой ситуации мы, поддерживая пиратов в их борьбе с посягательствами бизнеса на свободу и личную жизнь граждан, должны идти дальше них, указывая в своей борьбе на первопричину -капитализм и буржуазное государство, которые подлежат сносу.

В заключение, необходимо сказать о самом этом государстве, о том, какие оно преследует выгоды от принятия "антипиратских законов". В последнее время, правящий в России режим, реагируя на протесты, начал масштабное наступления на свободу слова и на интернет, который является пространством для этой свободы. Были приняты законы "о защите детей от вредоносной информации", "защите чувств верующих", "запрете пропаганды гомосексуализма", общая цель которых - ограничение свободы слова. Нынешний "антипиратский закон" - лишь ещё один предлог для усиления контроля за интернетом со стороны властных структур. Интересы власти и бизнеса совпали в очередной раз.

Позиция ОСП в связи с приговором Алексею Навальному

18 июля был оглашен приговор блогеру и представителю праволиберальной оппозиции Алексею Навальному. Напомним, Навальный был признан виновным по делу о причинении ущерба госпредприятию "Кировлес", получив 5 лет колонии общего режима. Кроме него по делу проходил также предприниматель Петр Офицеров, получивший 4 года. Оглашение вызвало волну протеста, в тот же день вылившуюся в массовые несанкционированные митинги в Москве, Санкт-Петербурге и ряде других городов России. На данный момент Навальный, в связи с участием в выборах мэра Москвы (официальная формулировка), освобожден под подписку о невыезде по требованию прокуратуры.

В связи с этими событиями мы должны выразить нашу позицию по отношению к ним.

1. Алексей Навальный - правый популист, продвигающий крайне либеральную программу, прикрывая ее ксенофобной, буржуазно-националистической демагогией. В случае прихода к власти он будет также служить крупному капиталу, как и нынешний режим. Как политик Навальный не заслуживает никакой поддержки, более того, его политическая линия должна быть разоблачена, как подчиненная интересам крупного капитала, и подвергнута самой решительной критике. Вопреки пропаганде его сторонников, он не является выразителем "народных интересов", а лишь представляет буржуазные силы, оседлавшие протест и выведшие его в политические лидеры. В этой роли Навальный, за счет своей медийной популярности и созданного образа "главного борца с коррупцией", продвигает программу, которая выражает материальные интересы одной из фракций буржуазии (в том числе мелкой буржуазии), направлена на поддержку капиталистической системы. Для класса пролетариев это значит продолжение эксплуатации, сохранение их угнетенного положения, что, естественно, идет вразрез с их классовыми интересами.

2. Однако, уголовное дело против Навального, как одного из лидеров буржуазной оппозиции, является политически мотивированным. Правящий российский режим, закрывая глаза на чудовищную коррупцию в своих рядах, преследует оппозиционных деятелей по сомнительным даже с юридической точки зрения делам. Поэтому, мы выступаем против репрессий в отношении Навального, как и любого другого оппозиционного активиста вне зависимости от его политических убеждений. Мы выступаем с критикой тех левых, которые стремятся защищать только "своих" (левых, рабочих) политических заключенных, игнорируя, а иногда даже одобряя преследования активистов иных движений. Такая позиция не только подразумевает сужение агитации, но и, фактически, является проявлением солидарности с репрессивной политикой режима.

3. Приговор Навальному подхлестнул протестное движение, доказав его способность к мобилизации, что можно видеть по массовым митингам в день оглашения приговора. Однако, несмотря на то, что протест показал свою жизнеспособность, нельзя раньше времени говорить о его выходе на новый уровень. С одной стороны, с оглашением приговора в протест не были вовлечены новые массы, он по прежнему использует абстрактные "общедемократические" лозунги и опирается, в основном, на тех, кто был вовлечен в него ранее. С другой, разрастанию протеста мешают одновременно российский режим и буржуазная верхушка самого протеста. Режим, опасаясь обострения ситуации, пытается успокоить недовольных показательным смягчением мер в отношении Навального, в то же время проводя жесткие репрессии в отношении менее известных активистов, внося рознь по признаку религии и ориентации, готовя новые репрессивные законы. Верхушка же протеста, в том числе штаб Навального, боится стихийности и желает сохранить контроль над протестным движением, загоняя его в свои рамки. Верхушка протеста не заинтересована в коренных изменениях существующей системы, она желает лишь получить в ней свое представительство, а для этого ей нужен исключительно "ручной" протест. В этой ситуации мы выступаем не только за разоблачение популизма праящего режима, усилению протеста в ответ на репрессии, но и за вынесение недоверия буржуазной верхушке протеста, в противовес которой мы выдвигаем низовую самоорганизацию вокруг социальных требований. Наиболее полно и последовательно такие требования может сформировать пролетарская партия, выражающая интересы наемных работников, лишенных частной собственности и созданная ими самими. Поэтому, мы призываем к созданию такой партии и объединению вокруг нее низовых гражданских групп.

4. Навальный, в отличие от многих других политузников, находится в более выгодном, даже привилегированном положении, о чем можно судить по тому, что его освободили на следующий день. Навальный выражая интересы одной из фракций буржуазии, являясь одним из медийных лидеров оппозиции и ставленником одной из крупных буржуазных партий на московских выборах, может рассчитывать на гораздо большую поддержку, чем любой рядовой активист, что заставляет режим считаться с ним.

5. Кампания в поддержку политузников ведется неравномерно и непоследовательно. С одной стороны, делается сильный акцент на преследования именно "вождей" оппозиции, на рекламу их личностей и политической линии, в то время как рядовые активисты остаются неизвестными большинству граждан. Кроме того, разные течения внутри оппозиции сосредотачиваются на политзаключенных только "своего" лагеря (левые, правые и т.п.), игнорируя преследования в отношении других активистов. В противовес этому мы призываем к равной защите всех политзаключенных, вне зависимости от их известности или убеждений, к донесению до широких слоев граждан информации о каждом, кто подвергается политическим репрессиям в России.

"Пугачевский бунт": остановить ксенофобную истерию!

Не прекращаются отвратительные в своей лживости и цинизме спекуляции вокруг убийства в ночь с 5 на 6 июля 20-ти летнего Руслана Маржанова.

Напомним, в ночь с 5 на 6 июля в кафе "Золотая бочка" между Русланом Маржановым и 16-ти летним Али Назировым, произошла ссора, переросшая в драку, в результате которой Маржанов получил множественные ножевые ранения, приведшие к его смерти. Вскоре после смерти молодого человек был схвачен Назиров, признавший свою вину.

Вскоре, 7 июля, в городе произошла ксенофобная вспышка, которую буржуазные националисты всех мастей, от "левых" нацболов до крайне правых неонацистов поспешили окрестить "бунтом". Правые ресурсы транслируют происходящее в Пугачеве как справедливый гражданский протест, прибавляя к ксенофобной риторике антиправительственную фразу. Правительству в вину ставится, конечно, проведение "антирусской" политики, неспособность и нежелание "прижать" чеченскую диаспору в Пугачеве. Основным же требованием "бунта" которое радостно транслируют ультраправые является выселение чеченской диаспоры из города.

Но что же на самом деле происходит в Пугачеве?

Для начала, стоит разобраться, в чем же причины конфликта двух молодых людей. Правые без конца повторяют, что это был, прежде всего, конфликт между русским и чеченцем, а убийство Руслана - проявлением этнической преступности. Но вот что странно - юноша раньше учился с чеченцами, более того, он дружил с ними. Именно они нашли его и привезли в больницу, именно они поймали Назирова и выдали его в руки полиции. Не очень то похоже на действия "этнической преступной группировки". Более того, самые родные люди Руслана, его родители, уже высказали недовольство активностью "соболезнующих", твердящих об "убийстве русского парня чеченскими бандитами". Отец молодого человека заявил, что главным виновником трагедии является водка. Так был ли конфликт между Маржановым и Назировым этническим? Ничего подобного! Для близких погибшего очевидно, что конфликт произошел на бытовой почве, причем, определенную роль в нем сыграл алкоголь. Казалось бы, сколько таких конфликтов в России происходит каждый год, оставаясь незамеченными для большинства людей. Но в данном случае нашим ультраправым, если можно так выразится, "улыбнулась удача"- конфликт произошел в городе, где проживает  чеченская диаспора, и произошел он между русским (отмечается, что Руслан был наполовину татарином) и чеченцем. Разумеется, ультраправые не могли не воспользоваться таким случаем для распространения своей пропаганды.

С самим "бунтом", если присмотреться к нему поближе, не все так просто, как говорят правые. Так, в митинге, посвященном убийству Маржанова, очевидцами был замечен местный бизнесмен, факт знакомства которого с убитым весьма сомнителен. Еще более подозрительным является то, что помимо бизнесмена, в митинге принимали участие его подчиненные. И вот, этот, "сочувствующий убитому парню" громче других призывает выгнать чеченскую диаспору из города. Движет ли им сочувствие? Вряд ли. Обычно именно такие местные предприниматели больше всего заинтересованы в ксенофобии, в ненависти к представителям других народов, либо сами поддаются ксенофобным настроениям. Все очень просто, мелкие предприниматели, как и любые собственники, бизнесмены, конкурируют между собой. И разумеется, каждый предприниматель не прочь избавится от части конкурентов. И если эти конкуренты принадлежат к диаспоре, то избавится от них под предлогом "борьбы с инородцами" - весьма удобный способ. Именно поэтому ультраправые пользуются определенной поддержкой мелких предпринимателей, что наглядно иллюстрирует, к примеру, появление на русских маршах рекламы "родных русских товаров", поддержка русскими правыми "своего предпринимателя", популярный лозунг "покупай у своих", и т.д. Говоря же о данном случае, вызывает большие сомнения, что предприниматель действовал из "ущемленного чувства национальной справедливости", а не из личных интересов. Кроме того, в Пугачев оперативно подъехал депутат Госдумы от ЛДПР Антон Ищенко, также подливший масла в огонь своими античеченскими высказываниями. Наконец, известно, что в день похорон Маржанова, была задержана и вскоре отпущена некая девушка, распространявшая ксенофобские листовки.

Вообще, Пугачев после убийства стал для ультраправых целью номер один, куда необходимо во что бы то ни стало забросить свой "десант". Так, на подъезде к Пугачеву был перехвачен известный националист Николай Бондарик, один из лидеров правого движения в СПб, руководитель т.н. "Русской партии", а также член КС Оппозиции (очередного фиктивного "народного представительства" либералов). Видимо, правые решили всерьез взятся за Пугачев и выпускать "бунт" из своего поля зрения не собираются, так что теперь в их арсенале добавился еще один случай "национального столкновения".

Кстати, о самом "национальном вопросе" в Пугачеве. Прежде всего, сам Назиров не является жителем Пугачева. Он приехал к своему дяде, который уже заявил, что сожалеет о том, что не уследил за племянником? Правые здесь берут на вооружение свой испытанный десятилетиями прием - за любое преступление, пусть даже совершенное временным жителем, свалить вину на всю диаспору или народ. Прием, как нетрудно понять, грязный.
Еще одним моментом является то, что в Пугачеве было два случая убийства чеченцев, в том числе убийство чеченца азербайджанцем. Эти случаи также произошли на бытовой почве и о разгуле этнопреступности, опять же, никак не говорят.

А что же власть? Она заняла весьма удобную для себя позицию. Местные власти скромно попросили "не усугублять ситуацию", но СМИ уже смакует пресловутый "бунт", подчеркивая "межнациональный характер конфликта", а карманная оппозиция, на деле являющаяся известными подпорками режима, а именно ЛДПР и псевдокоммунистическая КПРФ твердят на своих ресурсах об "этнопреступности" и "бунте", раздувая шовинистическую истерию. В то же время, "пугачевский бунт" случился в очень удобное время. Несколькими днями ранее все в той же саратовской области местные жители, недовольные перебоями поставки воды, перекрыли федеральную трассу. Казалосьбы, случай серьезный, но как удачно подвернулся случай в Пугачеве! Наконец, можно отвести глаза на любимую тему межнациональных конфликтов!

Теперь, к нашей позиции. Ситуация в Пугачеве, раздутая буржуазными националистами, приобретает угрожающий характер. Она несет за собой новую вспышку шовинизма, дает ультраправым новое поле для агитации, чем они уже сейчас готовы со всей решительностью воспользоваться. Поэтому, риск того, что политическая реакция в лице ультраправых получит новых рекрутов, причем как в самом Пугачеве, так и в других городах, вполне осязаем. С другой стороны, накалившаяся обстановка и провокации ультраправых вгоняют в реакцию не только русских, но и чеченцев. Уже поступают сообщения о столкновениях и о "радикальной молодежи", высланной диаспорой из Пугачева. Так это или нет, но вполне предсказуемо, что со стороны некоторых представителей чеченской диаспоры последует реакция на всплеск ксенофобии. Также не следует забывать, что и в русской, и в чеченской среде могут быть свои реакционные элементы, спекулирующие на недоверии, на национальных и религиозных различиях. В случае конфликта, эти элементы несомненно будут его подогревать, одновременно расширяя свое влияние.

Наша позиция в этом вопросе остается принципиальной - мы призываем в этой ситуации как русских, так и чеченских рабочих не поддаваться на провокации и истерию правых, отмежеваться от любых форм ксенофобии и шовинизма. Сегодня буржуазия и нечистоплотные политики, служащие ей, используют социальные проблемы и культурные различия, чтобы разжечь между рабочими разных национальностей, гражданства, веры и пр. ненависть, вражду и недоверие. "Межнациональная борьба" является не более чем поиском врага там, где его нет, и играет на руку врагу реальному. Реальная же борьба - это борьба рабочих со своими эксплуататорами-собственниками, теми, кому выгодна безработица, дешевая рабочая сила и межнациональная ненависть, отвлекающая рабочих от реальных проблем, переводящая стрелки на людей другой национальности. Рабочим необходимо объединятся независимо от расы, национальности или вероисповедания и создавать свои организации, защищающие их права и отстаивающие их интересы, проводить свою политическую линию, направленную на разрушение системы, в которой богатство немногих существует за счет нищеты большинства. Поэтому, сейчас необходимо создание рабочих организаций, объединяющих наемных работников независимо от их национальности или иных признаков, солидарность рабочих разных предприятий, чтобы каждый конфликт с собственником оборачивался подъемом массы работников. Также необходима и политическая независимость рабочих как от официальных идеологов режима, так и от правых популистов, которые используют рабочих в своих целях. На каждую вспышку ксенофобии, подобную пугачевской, необходимо отвечать обострением борьбы и разоблачением правых. Для этого рабочим нужна политическая организация - рабочая партия, проводящая последовательную рабочую программу, выражающая их интересы в политике. Такая партия, как и другие рабочие организации, может быть создана только при активном участии рабочих, осознающих свои интересы. Начать создание такой партии необходимо уже сейчас с связанных между собой пролетарских групп, выдвигающих независимые от официозных политиков лозунги, собственные политические требования, продвигающих боевую линию в профсоюзах. Кроме того, необходима защита от ультраправого насилия, которую могут обеспечить рабочие отряды самообороны.

События в Пугачеве показывают, кто оказался врагом и русских и чеченцев и лбых других народов - буржуазия и служащие ей политики-шовинисты, стравливающие народы между собой в бессмысленном конфликте. И подлинным выразителем интересов каждого этноса сегодня является класс наемных работников, пролетариями, которые способны, отвергнув предрассудки, начать борьбу с эксплуататорами за лучшее будущее всех народов, свободных от капитализма. Борьба с буржуазией и ее слугами - ксенофобами и шовинистами должна начаться уже сейчас.

Использована информация с сайта Levoradikal.ru 

Остановить разгул "антиэкстремизма"! Долой полицейщину и репрессивные законы!

"Борьба с экстремизмом" в России уже давно стала именем нарицательным для политических преследований, печально известные "центры Э" сравниваются с политической полицией, а "экстремистскую" 282-ю статью можно назвать меткой политзаключенного. Это неудивительно, ведь сегодня в нашей стране потенциальным "экстремистом" является каждый недовольный властью, который выносит свое недовольство за пределы кухни, стремится донести его до граждан. Внимание "центров по противодействию экстремизму" привлекает любой протест, будь то многочисленный Марш Миллионов или студенческий пикет, направленный против слияния кафедр. И, разумеется, большинство политических дел обязательно содержат в себе злополучную 282-ю.

Конечно, меры по "борьбе с экстремизмом" прикрываются благородной ширмой, а именно, борьбой с ультраправыми, неонацистскими, шовинистическими движениями. Действительно, многие правые попадают под "антиэкстремистские" статьи, а именно, обвиняются в разжигании межнациональной розни (один из пунктов "антиэкстремистских" статей). Но что делает наша власть, чтобы устранить саму причину распространения ксенофобию? Ничего. Скорее наоборот, правящий режим сам порождает ксенофобные настроения. С одной стороны, мы видим нищету, рост безработицы, отрыв людей от элементарных социальных благ, прежде всего, от образования, которое и является одним из важнейших элементов в борьбе с ксенофобией. С другой, мы видим, что приезжающие в Россию мигранты, которые пытаются обеспечить существование себе и своей семье, сталкиваются с произволом нанимателей, давлением бюрократического аппарата, из-за которого многие из них вынуждены работать нелегально, а также враждебным отношением местных жителей. Нищета, бесправие, изоляция - все это заставляет мигрантов замыкаться внутри собственных групп, толкает их на преступления, численность которых, однако, непомерно раздувается СМИ, в том числе государственными. Все эти проблемы, как мигрантов, так и местных жителей, провоцируют межнациональные конфликты, готовят почву для ксенофобии. Режим в этой ситуации прикрывается проповедью беззубой толерантности и в то же время продолжает проводить антисоциальную политику, закручивать гайки в отношении мигрантов и вести шовинистическую пропаганду с экранов. Таким образом, не борясь с причинами ксенофобии, режим лишь использует ее последствия, чтобы усиливать "антиэкстремистскую" машину, раскручивать маховик репрессий, на который наматываются и правые, и либералы и левые, рабочие активисты.

Кроме того, в числе перечисленных в 282-й статье видов розни присутствует и "социальная рознь". Это понятие не просто размыто - оно очень удоьно для властей, ведь его можно повернуть в какую угодно сторону. Особо курьезными случаями, подтверждающими это, являются случай журналиста Ирека Муртазина, обвинявшегося в "возбуждении ненависти по отношению к представителям власти" и антифашиста Андрея Иванова, которому предъявили обвинение в разжигании ненависти к скинхедам (в данном контексте - к неонацистам)! Но самое главное, ярлык "социальной ненависти" можно приклеить и к теории классовой борьбы, таким образом лишив угнетенных теории, которая объясняет причины их положения, позволяет сознательно бороться за свои права, за свое будущее!

Наконец, необходимо упомянуть, что "антиэкстремистское законодательство" активно использовалось (и используется!) против наиболее активных деятелей протеста. Так, были запрещены как экстремистские Национал-большевистская партия и Армия Воли Народа. И хотя мы критически относимся к деятельности данных организаций, мы выступаем против каких бы то ни было репрессий в отношении их членов.

Сейчас, когда после массовых протестов 2011-2012 годов наступает период реакции, когда массовое движение пошло на спад, правящий режим будет использовать целый арсенал законов для закручивания гаек и репрессий в отношении активистов оппозиции. Дело 6 мая, преследования в отношении Левого Фронта, последние законы "о запрете пропаганды гомосексуализма" и "о защите чувств верующих" наглядно демонстрируют это. Не собирается власть исключать из своего арсенала и "борьбу с экстремизмом".

И вот, 1 июля 2013 года правительство России выступило с очередной репрессивной инициативой. В Госдуму были внесены поправки к закону "О противодействии экстремистской деятельности", которые запрещают членам организаций, признанных экстремистскими, создавать новые организации. Такая мера репрессивна вдвойне. Во-первых, запрещенные организации больше не могут переоформится с новым названием и уставом. Бывшие активисты запрещенных движений и раньше сталкивались с преследованиями, теперь им перекрывают кислород официально. Но еще более возмутителен второй момент - согласно поправкам, создавать новые организации не смогут не только лидеры "экстремистов" но и рядовые участники! Это фактически вычеркивает неугодных активистов из политики, ставит их вне закона. Можно только предполагать, как воспользуется режим таким законом, если и раньше обвинения в экстремизме были его оружием против оппозиции.

В связи с опасностью нового наступления реакций и усиления репрессий, ОСП выдвигает следующие требования:

Не допустить  принятия новых поправок и нового витка репрессий против оппозиции, не допустить закручивания гаек против несогласных.

Ликвидировать "антиэкстремистские" статьи УК РФ и центры Э, прекратить практику запрета экстремистских материалов и организаций.

Освободить всех политических заключенных.

Прекратить преследования активистов оппозиции, в частности освободить узников 6 мая и прекратить давление на Левый Фронт.

Проверить деятельность центров Э и деятелей МВД и ФСБ на предмет их правомерности.

Мы призываем все прогрессивные оппозиционные силы, независимые боевые профсоюзы поддержать эти требования и выйти на протест, а также начать новый виток политической и экономической борьбы.

В случае наступления реакции все мы, левые, прогрессивные, рабочие силы попадем под удар. Нельзя допустить нового наступления на наши права.

«Немитинг» 12 июня – новый формат или похороны протеста?

12 июня в городах России произошла очередная серия митингов в поддержку узников 6 мая, которая является продолжением массовой протестной кампании, начатой 5 декабря 2011 года. Сама кампания за эти полтора года заметно повыдохлась, о чём можно судить по её главным центрам – Москве и Санкт-Петербургу, где на протяжении полутора лет проходили наиболее крупные акции. Если в начале протестов число участников акций в Москве превышало, по некоторым подсчётам, сотню тысяч, то на последних митингах оно едва превышало отметку в двадцать тысяч (по подсчётам оппозиции). Ещё более скромная ситуация в Петербурге, где из тысяч протестующих продолжает выходить на митинги лишь несколько сотен.

"Немитинг" 12 июня на Марсовом Поле. Санкт-Петербург.

 О сливе или перспективах протеста говорить уже не имеет смысла. То, что протест, число участников которого уменьшается с каждым митингом, не перерастёт в революцию, ясно всем, кроме самых фанатичных поклонников Удальцова и Навального. «Марши Миллионов», руководимые раскрученными лидерами и КС оппозиции, превратились в такой же пшик, как до этого «Марши Несогласных» и «Стратегии-31», и зарабатывают себе очки лишь благодаря первоначальному успеху и узникам 6 мая. Им-то и были посвящены последние акции – «Марш против палачей» в Москве и «Немитинг» в Петербурге. В последнем приняли участие активисты Организации Социалистического Поколения. Именно о нём мы и будем говорить.

Активисты ОСП также посетили "немитинг".

 Прежде всего, следует пояснить нашу позицию по данным акциям вообще. Мы не питаем иллюзий по отношению к подобным мероприятиям, а также к их лидерам, тем более теперь, когда протестное движение давно пошло на спад. Однако для нас, марксистов, оппозиционные акции – площадка для агитации, где мы в очередной раз можем выставить определённые политические требования и обратить внимание людей на проблемы нынешней капиталистической системы, породившей путинский режим. При этом для нас не имеет особого значения, как сейчас будет проводить свои акции оппозиция, будут ли это марши, митинги, сходы или последний «немитинг», для нас главное – работа с людьми. Но, тем не менее, мы не можем оставить без критики то, что организаторы акции назвали «новым форматом протеста».

 Итак, что же это за «немитинг»? Без лишних слов можно сказать - это тот же самый митинг, но в крайне неудачной форме. Чем же она неудачна? Разберём поподробнее. Картина, которую мы увидели, придя на Марсово Поле, ставшее уже традиционным местом проведения для подобных акций, мало отличалась от традиционного митинга – небольшое (несколько сотен) скопление людей, редкая партийная символика и центр для выступающих. Вот с выступающими-то и связана главная особенность и, по совместительству, главный провал «немитинга». Как таковых, выступлений не было, вместо этого нам предложили поприсутствовать на, своего рода, «творческом вечере», где выступали с песнями и чтениями стихов. Безусловно, протестное творчество – вещь хорошая, но зачем исключать ради него выступления активистов, которые могут донести до граждан гораздо больше, благо проблем, о которых можно сказать, накопилось немало. В итоге, вместо того, чтобы создать площадку, с которой можно было бы донести до граждан свою позицию, организаторы лишь обеспечили приятную обстановку для собравшихся, которые занимались своими делами: агитировали, выражали свою позицию, обменивались мнениями. В итоге, получился то ли сход, то ли неудачный митинг.

Увы, но таких "немитингов" Путин вряд-ли боится.

 Более удачным шагом можно считать многочисленные пикеты, проходившие в центре города, к которым и готовились многие участники «немитинга» (для них была организована «плакатная мастерская», хотя большая часть всё-таки подготовила плакаты заранее). Активисты устроили серию одиночных и массовых пикетов, что было особенно удачно, учитывая, что до «немитинга» протестные пикеты были проведены участниками коалиции «Демократический Петербург». На фоне неудачного основного мероприятия это позволило хоть как-то выйти на контакт с гражданами. Активисты ОСП также приняли участие в серии пикетов под лозунгом «Политузникам свободу! Социальные институты под общественный контроль!» желая не только донести до граждан проблему политической системы в России, но и заставить задуматься над социальными причинами этой системы. Также мы распространяли свои печатные материалы на «немитинге», где к ним проявили определённый интерес и даже вышли с нами на дискуссию.

 Не обошлось и без вмешательства «правоохранительных органов». Прошедшая акция запомнится всего одним, но крайне ханжеским и подлым задержанием, а именно, задержанием поэта Павла Арсеньева, которому было предъявлено обвинение в нецензурной брани за то, что в прочитанном им стихотворении содержалось всего одно (!) нецензурное слово. Интересно, что беспокойство за родной язык у нашей полиции появляется исключительно во время акций оппозиции, даже таких мирных и немногочисленных, как последняя.

Задержанный "за брань" Павел Арсеньев. 

 Подводя итог, можно сказать, что протест в Петербурге на данный момент подошёл к той самой «застойной» точке, когда на митинги выходят лишь горстка людей с активной гражданской позицией. Это естественный исход для акций, ограничившихся лишь высказыванием недовольства в адрес режима. При этом организаторы акции не могут распорядиться даже оставшимися ресурсами, играя в «нетрадиционные формы» вместо серьёзного подхода к агитации. То, что было предложено на «немитинге» - фотовыставка, письма заключённым, плакатная мастерская, можно организовать на простом, гораздо более понятным простым людям митинге, где у прогрессивных сил есть возможность донести свою позицию до граждан. Особенно серьёзно нужно спрашивать с одного из организаторов – Российского Социалистического Движения, которое позиционирует себя не только оппозиционной, но и марксистской, коммунистической структурой. При этом марксисты из РСД добровольно идут на растворение в «общем» протесте, предлагая формат, который лишает трибуны не только других левых, но даже их самих (по крайней мере, отводит им роль рядовых протестующих, а не изъявителей рабочей воли).

Фотовыставка, посвящённая узникам 6 мая.

 Очевидно, что нам, марксистам, не стоит полагаться в своей агитации только на митинги, тем более проходящие в столь неудачных форматах, руководимые теми, кто отказывается от своей программы в пользу «общедемократического», либерального посыла. Это лишь одна из площадок для агитации и разоблачения недееспособных «демократов». Наша задача сегодня, говоря старым, народническим языком – «хождение в народ», то есть участие в социальных движениях, постоянное общение с рабочими самых разных областей, поддержка кампаний социальной борьбы. И везде мы должны продвигать свою политическую линию, действуя при этом не как «элита», «лидеры протеста», а как товарищи, которые дают рабочим инструмент для политической борьбы. Сейчас самый важный фронт – не выдыхающийся «болотный» протест, а подъём социального движения, организация рабочих разных сфер труда, содействие созданию независимых, боевых организаций рабочих, бюджетников, мигрантов, студентов, сплочение их в единый фронт борьбы. Это долгая, кропотливая и тяжёлая работа, возможно ,не такая заметная и престижная, как должность «лидера протеста». Но именно организованные рабочие, вооружённые инструментом политической борьбы – партией, смогут в итоге не только организовать протест, но и добиться подлинно демократической системы – социализма.

Александр Паутов.

Левый Фронт - раскол или мнимое единство?

 5 января "Левый Фронт" провёл в Москве свой III съезд, который уже сейчас можно смело назвать вехой в истории этого движения. Наконец-то в адрес "вождя" организации С.Удальцова и его окружения раздалась серьёзная критика. И критиковать есть за что, ведь ни для кого не секрет, что за прошедший год ЛФ окончательно оформился как охвостье либералов, "левая нога" белоленточного протеста, а высказывания и действия самого С.Удальцова (встреча с Медведевым, участие в КС оппозиции, призывы голосовать за правых и т.д) вызывают недоумение среди российских левых. И вот идейная часть ЛФ подала голос, не желая закрывать глаза на очевидное.

 За словом последовало дело. После съезда по инициативе рядовых членов Левого Фронта была создана Левая Платформа (забавно, что активисты левой организации вынуждены создавать в ней левую же платформу!). Здесь отступлюсь, чтобы сказать, что в прошедшем году по инициативе трёх организаций-членов ЛФ (РКП-КПСС, АМО и РегПК) уже была предпринята попытка создания Марксистской Платформы, однако, ввиду малочисленности и малоизвестности этих организаций идея ходу не получила. Однако, сейчас ситуация совершенно иная. Итак, Левая Платформа была создана, дабы реализовать те принципы, которые были высказаны на съезде. И тут начинается самое интересное.

 Удальцов сотоварищи, уже год как несущие "знамя демократических свобод" по стране, противятся демократии в собственной организации! Возомнив, что его слово закон, Удальцов отказал Платформе в праве на существование и пресёк все разговоры о её построении в группе Вконтакте (одном из главных информресурсов Фронта в интернете), что подтолкнуло сторонников Платформы на крайние меры - захват группы. Разумеется, Удальцов не оставил это без ответа, потребовав вернуть контроль за группой старой администрации, угрожая исключением платформистов. Его требования были выполнены, но с условием сохранения всей выложенной платформистами информации и недопущения бана участников. В первые же минуты Удальцов обещание нарушил, за что был удалён из администраторов.

 Не имеет смысла и дальше пересказывать интернет-конфликт, равно как и анализировать аргументы удальцистов. Ведь никакой конструктивной критики то у них и нет, сплошные вопли о расколе и предательстве! Забавно, но по манере поведения сторонники удальцова напоминают своих заклятых врагов - путинцев.

 Лучше разберёмся с новорожденной Левой Платформой и её сторонниками....

 Естественно, что никакой революционной фракцией эта платформа не является. Левый Фронт сам по себе - движение центристское, так как построен на общелевой платформе. Это утверждение не является упрёком или минусом, так как для всех подобных фронтов и союзов характерен именно центризм, позволяющий разным идейным течениям найти компромисс.  Кроме того, тезисы Платформы являются, по сути, принципами нормальной левой организации, а не той пародии, в которую превратили ЛФ оппортунисты во главе с Удальцовым. В итоге, мы имеем два варианта развития организации - удальцовский и платформистский. Первый предусматривает вождистскую, безыдейную организацию, служащую массовкой либералам; второй - левую центристскую массовую организацию, которая вполне может служить питательной средой для революционных групп.

 Однако это и так было ясно. Другое дело - а что в итоге будет с Левым Фронтом? Удальцовскую линию всё движение в целом терпеть не будет, поэтому вариантов два: раскол или победа Платформы. Надежда на полную победу Платформы слабая: держащие рычаги власти удальцисты дали понять, что они её не признают, не говоря уже о подчинении её принципам. Зато раскол может идти по двум разным вариантам - либо удальцисты выгонят несогласных (самый вероятный), либо те сами уйдут.

 Но что же сами сторонники Платформы? Они, как и полагается центристам, больше всего боятся не победы удальцовской линии в ЛФ, а раскола. Так, нижегородское отделение ЛФ (которое, судя по всему, и является инициатором Платформы) сделало заявление, с призывам вернуть ресурсы удальцистам, дабы не допустить раскола. Конечно, их страхи перед расколом и надежды на сохранение единой организации вполне понятны. Однако нужно вспомнить известную фразу Ленина: "Хуже раскола может быть только мнимое единство". Бывают моменты (и история это подтверждают), когда в организации встаёт вопрос - оставаться едиными с оппортунистами или размежёвываться с ними. От размежевания организация оправится, а вот "единство" с оппортунистами приведёт её к загниванию и смерти (либо политической импотенции). Непонимание этого является главной ошибкой платформистов, их центризм играет с ними злую шутку и ставит под удар все их начинания.

 Что же делать Левой Платформе сейчас? Подчинится удальцовскому руководству или покинуть Левый Фронт? Ни то и ни другое! Сейчас наиболее важным моментом для платформистов является укрепление их структуры и непреклонное отстаивание своей линии. Главных их принципом в борьбе за организацию должен стать принцип: "Ни единой уступки Удальцову и его сторонникам".  При этом необходима слаженная работа отделений и активистов, подписавших платформу, формирование полноценной структуры, которая готова к любому варианту развития событий - и к созданию организации в случае раскола, и к работе внутри ЛФ в случае сохранения организации. Если же платформисты будут сглаживать свою позицию, дабы не прогневить Удальцова, их в скором времени сомнут и никакой организации у них не будет вообще.

Александр Паутов

Роль государства в обществе.

В статье "Автократия и демократия - сравнительный анализ" автор задался вопросом найти наиболее подходящую форму правления для народного государства. Становится ясно, что одной сменой формы правления нельзя заставить государство служить народу. Для того чтобы глубже разобраться в этой проблеме, необходимо ответить на три вопроса: 1) что такое государство и как оно появилось, 2) какие силы в обществе оказывают на государство влияние и 3) что мешает государству служить всему народу. Настоящая статья представляет собой попытку автора дать ответы на эти вопросы. Она, возможно, будет одинаково полезна для ознакомления как этатистам, считающим усиление государства самоцелью, так и анархистам, принципиально отвергающим любое принуждение.

Уточнение терминов

Прежде чем начинать какую-либо серьезную дискуссию, необходимо вначале оговорить термины, для того чтобы исключить какое-либо неправильное понимание текста. Ниже представлены основные ключевые понятия.

Общество. А.В. Птушенко в статье "Народ, страна, Общество, государство", дает такое определение понятия "общество": "Общество - система, организующая на определённой территории (от Планеты до частного клуба) разумных и целенаправленных особей в интересах обеспечения их жизнедеятельности, направленной на достижение определённых духовных, экологических и вещественных идеалов". В основном в этой статье будет пониматься общество более узко, как система, имеющая наибольшую степень автономности и самодостаточности на Земном шаре, вроде тех что обычно именуют странами и нациями. Для этого, Ю.И. Семенов специально вводит понятие социоисторического организма: "Социоисторический организм есть отдельное конкретное общество, которое представляет собой относительно самостоятельную единицу исторического развития. Каждый социально-исторический организм локализован во времени и пространстве. Он занимает определенную территорию. Он обязательно когда-то возник, а многие родившиеся в свое время социоисторические организмы давно уже исчезли, ушли с исторической сцены"  ("Философия истории"). Такое определение употребляется в выражениях "общественные интересы", "общественный продукт" и др.

Автократия и демократия - сравнительный анализ.

 Автократия и демократия - сравнительный анализ

В статье "Сущность современной демократии" были описаны основные недостатки современной либеральной демократии, из-за которых ее нельзя назвать формой власти народа, или как минимум формой представительства народных интересов. Из этого логически следует вопрос: а как именно власть народа должна быть организована? Для этого необходимо ввести само понятие народного государства. Под ним будем понимать тип государства, чья политика (и внутренняя и внешняя) соответствует интересам народа (основной части населения страны и будущих поколений). Форма по отношению к этому вторична. Но поскольку содержание не может существовать в отрыве от соответствующей формы, нам необходимо подыскать наиболее приемлемую форму для такого государства. Ниже будут рассмотрены различные варианты, обычно предлагаемые в таком случае.